Сею–вею, сею–вею…
Может в этом вся затея:
Отдавая, богатею
На господних на весах.
|
|
|
Беседы ни о чем, пусть этои нелепо.
Пусть смысла нет в словах - здесь паузы важней.
Твердим друг другу ложь, и ей же верим слепо,
И как ни странно, мир становится ясней.
|
|
|
Не обольщайся, не гори...
Всё в этом мире из тумана,
И вожделенная Нирвана
Не ожидает впереди.
|
|
|
|
|
|
|
|
Полночь близится, и вечер
Потихоньку умирает.
Как и миг наш быстротечен,
И никто о нем не знает...
|
|
|
- На что похожи острова?
- Подобны кочкам на болотце?
- Нет! Это люди-инородцы!
- Здесь ты, наверное, права!
|
|
|
Мне б прижаться к тебе на минутку,
На секунду, на век, на мгновенье.
Чувства редко внимают рассудку.
Подари мне свое возвращенье.
|
|
| |
|
|
|
|
Душа моя! Жива ли ты?!
Ты столько лет молчала.
Лишь в пустоту ночной тиши
От боли ты кричала.
|
|
|
На грани шутовства, за гранью откровенья
то, плача как смеясь, то, хохоча до слёз,
бросаю вам в лицо боль искренних сомнений, -
свой вызов на дуэль, свою игру всерьёз.
|
|
|
Глоток. Но в горле ком,
Дань укоризне.
"Потом". – "Когда потом?" –
"Не в этой жизни".
|
|
|
|
|
|
|
Степной огонь у озера мерцал,
И в заводи натянутых зеркал
Оранжевое солнце отражалось.
И тихий дождь молитву прошептал,
Когда в пустой расщелине у скал
Моя душа со смертью обвенчалась.
|
|
|
Надо б собраться ленточку рвать-то:
Светлые тапочки, скромное платье...
Только хоть тресни, но тянутся руки
К туфлям на шпильке, узеньким брюкам...
|
|
|
Нам красота сполна отвешена,
Невзгоды оттолкнём плечом,
Пусть говорят: "Какая женщина!
Ей даже возраст нипочём".
|
|
| |
|
|
|
|
Лунный круг. В центре круга - лица.
Ноги босые - на жаркий паркет.
Я помогу тебе справиться с пуговицей,
отражающей полночный свет.
|
|
|
Просто снег. Просто свет. Просто кров.
Просто бабочка мирно почила.
Между рамами время настыло –
Намело из вселенских углов.
|
|
|
В проеме равнодушного окна
Белеют занавески - недотроги.
В моей авоське полдень..., тишина...,
Терпенье..., муравьиные дороги...,
|
|
|
|
|
|
|
И в душном сне ей виделся перрон
Пустой и мокрый от дождя ночного,
Короткого, как пойманное слово
Из прежних, ускользающих времён.
|
|
|
Лежат на жёлтом косогоре
Надгробья ровными рядами -
Земле доверенное горе,
На камнях выбитая память.
|
|
|
И в глухом отчаянье ночами,
Тайной растревожен и влеком,
Колдовал старинными ключами
Над неподдающимся замком.
|
|
|
|
|
|
|
Больше мне не пиши обездоленных писем
О потерянных днях непутевой судьбы,
За туманностью фраз, за обилием чисел
Аргументы твои непомерно слабы...
|
|
|
Я без тебя – один на черном свете:
тебя на жизнь Господь мне даровал!
Не вырастить из зернышка соцветий,
когда слова гремят, как жернова…
|
|
|
Совсем другое, братцы, надо,
Чтобы читателя увлечь -
Игривый слог да свежесть взгляда,
Да завести про ЭТО речь,
|
|
| |
|
|
|
|
То по холмам, то по реке…
С надеждой жду: за поворотом
мечта блеснет невдалеке
подковой на резных воротах.
|
|
|
Что женщине нужно, - заметить нетрудно.
Что женщине нужно, - дарите смелей!
Немного тепла и немного уюта,
И капельку нежности дайте вы ей!
|
|
|
Дяди томы, унесенные ветром,
тот поток когда-то — ох! — подгадали.
Я сюда пришел за ответом.
Но туда пришел ли, туда ли?...
|
|
